Технологии искусственного интеллекта используются не только юристами и адвокатами и судьями – в основном, для выполнения «технической» части работы. Однако применение нейросетей для составления судебных актов вызывает серьезные дискуссии ввиду того, что данный вопрос никак не урегулирован на законодательном уровне.
Зачем судам нейросети?
По данным, которые приводит издание «Интерфакс», около 35 % судов и советов судей используют технологии искусственного интеллекта в своей работе. Нейросети задействованы, в основном, для решения рутинных задач, в частности, распознавания человеческой речи и перевода ее в текстовый формат при составлении протоколов судебных заседаний. Особенно активно современными технологиями пользуются суды Москвы и Московской области.
Председатель Верховного Суда РФ Игорь Краснов поддерживает использование судами технологий ИИ:
«Аналитические программные комплексы на основе искусственного интеллекта – вот что является перспективным направлением в развитии судебной системы. Будем активнее внедрять их в работу судов, быстрее выявлять противоречия в судебной практике и реагировать на них».
Вице-президент ФПА РФ Евгений Рубинштейн также считает, что использование ИИ не просто не ухудшит, а даже улучшит качество рассмотрения дел. Например, нейросети могли бы проверять, учтены ли все доказательства при вынесении итогового решения и на все ли доводы участника судебного разбирательства были даны ответы.
А вот по мнению генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде РФ Владислава Иванова, нейросети никогда не заменят судей, потому что они не обладают такими чисто человеческими качествами как, например, сострадание.
«Нейроприговор» по делу о взятке
Тем не менее, в России уже выносятся приговоры и решения, к созданию которых, по мнению специалистов, мог «приложить руку» искусственный интеллект. Показательный случай произошел в Краснодарском крае. Ейский городской суд вынес приговор в отношении экс-полицейских Сергея Фролова и Алексея Фалюна, признав их виновными в получении взятки в размере 300 тысяч рублей. Указанное «вознаграждение» правоохранители получили за непринятие соответствующих мер при выявлении 1,3 тонн контрафактного алкоголя в одной из компаний Ейска. Каждый фигурант уголовного дела получил по 7 лет колонии.
Сторона защиты обратила внимание на странные, по ее мнению, формулировки, использованные в приговоре. В частности, ее насторожили следующие фразы: «целая плеяда защитников», «чудесным образом», «прекрасно организованный и подтвержденный распоряжением ГУ МВД по Краснодарскому краю зональный контроль», «решительное должностное лицо», «какие-то свои».
Лингвист, к которому обратилась сторона защиты, указал: спорные фрагменты приговора с большой долей вероятности сгенерированы ИИ. Специалист сослался на смешение стилей, несоблюдение жанровых особенностей приговора, неестественные языковые конструкции, пустую массивность текста и прочие особенности, позволившие ему сделать соответствующий вывод. Опираясь на данное заключение, адвокат попытался отменить приговор, отметив, что использование ИИ исключает личное правовое размышление судьи. К тому же в Постановлении Конституционного Суда РФ от 31 марта 2023 г. № 13-П/2023 обозначена недопустимость воспроизведения формальных, шаблонных формулировок, не отражающих индивидуальных особенностей дела.
Однако апелляционная жалоба была отклонена: Краснодарский краевой суд указал, что текст приговора изложен ясно и понятно, а избранная нижестоящим органом правосудия стилистика не влияет на законность принятого решения и не противоречит нормам УПК РФ.
Объединенная пресс-служба судов Краснодарского края прокомментировала данное решение следующим образом:
«В любом случае, независимо от вопросов к стилю, объективная сторона дела не меняется. Но стороны не лишены права и обжаловать приговор в кассации, если считают, что он вынесен с нарушением».
В главном следственном управлении ГУ МВД по Краснодарскому краю же пояснили, что следователи не обращаются к нейросетям при подготовке обвинительных заключений. Причин тому несколько, начиная с неумения использовать ИИ в своей работе, и заканчивая отсутствием норм, допускающих составление такого документа кем-либо, кроме следователей.
Итак, в настоящее время использование ИИ при вынесении решений или приговоров не урегулировано на законодательном уровне, прямого запрета на обращение к нейросетям нет. Поэтому применение судами искусственного интеллекта вряд ли является весомым поводом для отмены «нейроприговоров».